Горилла Метта из Ростовского зоопарка обожала кошек как своих детей

Сначала горилла по кличке Метта из Ростовского зоопарка была "женой" самца Бола. Бола был красавец самец, блестящий представитель племени равнинных горилл. И была любовь, данная гориллам природой.

Они жили дружно и долго. Бола недолго скучал по своей прежней подруге Моне – Лизе, уехавшей в ЮАР. Метта стала его второй желанной избранницей.

Горилла Метта или (ласково) Мотя

Но у них не было потомства. Видимо дело было в самце. В детстве он часто болел. И ушёл великан Бола из жизни внезапно, сражённый неизлечимой, непонятной людям, хворью. Метту любили все. К ней привыкли, ей сочувствовали и, по бабьи, нежно называли Мотей.

Потом, в разное время, у нее были гориллы-самцы Терхак и Кимбо из зоопарков далёкой Германии. Но приезжали они к ростовской вдове уже в солидном возрасте. А у равнинных горилл очень развито привыкание к постоянному месту существования. Женихи тосковали по дому. Видимо эта тоска и мешала отношениям.

Мотя нервничала и не подпускала к себе соплеменников. А, те не могли забыть далёкую отчизну и, в результате оба прожили недолго. Посмертное вскрытие одного из самцов показало повторный инфаркт миокарда. Так и стала Метта бездетной трижды вдовой.

Грустно пошутив, люди нарисовали на её клетке три звёздочки и перестали испытывать гориллью судьбу. Да и годы взяли своё.

Но женское сердце нашло выход для нерастраченной любви. Мотя полюбила кошек. Самозабвенной, слепой материнской любовью.

Сотрудники отдела приматов, вовремя оценили эту любовь и поняли, что она спасёт самку. Ей приносили котят, и горилла, заключала их в кольцо своих огромных рук, окружала неустанной, можно сказать, маниакальной заботой.

Кормила, пальцем засовывая корм в кошачьи рты, вылизывала, искала блох, укладывала спать. Очумевшие коты были не в силах сопротивляться и на время смирялись. Затем, подрастая, они сбегали от своей опекунши. А Мотя плакала и металась по клетке, просила людей вернуть деток обратно.

Ей возвращали беглецов или приносили новых питомцев, и она радовалась и успокаивалась. Как-то в её клетке окотилась кошка. Мотя стала самой счастливой человекообразной обезьяной на свете. Она катала весь выводок на спине и вовремя подкладывала котят биологической матери на кормёжку.

Последний компаньон, по имени Антрацит, прожил с Мотей четыре года. Кот считал её своей семьёй, и после того, как горилла уснула и не проснулась, долго не мог смириться с окружающим миром.

Метта прожила сорок пять лет, до глубокой человекоподобной старости. Она ушла счастливой и спокойной, отдав своё сердце тем, кому по её мнению любовь была необходима.

Источник: rslovar.com